Перейти к содержимому


Человек, который стриг облака


Сообщений в теме: 7

#1 Guest_Л. Мороз_*

Guest_Л. Мороз_*
  • Гости

Отправлено 09 January 2016 - 19:45

bahira69@yandex.ru
 

Л. Мороз

Человек, который стриг облака

 

Середина ноября – она всегда такая.
 

В глубине города меланхолии сложно добраться до сознания людей через тысячи рекламных проекций; через 30-этажные стены-экраны домов; через рои «светлячков», парящих над тротуарами, они то имитируют листья деревьев или цветы на клумбе, то пристают к прохожему с призывом зайти в кафе или магазинчик, мимо которого тот проходит.
 

Другое дело на окраине. Тут, куда не кинь взгляд, сыро и серо. Но только здесь Антон и мог позволить себе арендовать офис. Он «пролетел» на трех подряд ежегодных конференциях Барнаульского Союза Культуры и Искусства, его деятельность попросту признавали социально бесполезной, и отказывали ему в халявном месте и поддержке общества. Нужно было ворочаться самому.
 

В центре города плата за квадратный метр площади непомерно велика. Потому он был вынужден ютиться здесь, в маленькой конторке, где еле хватало места для него, его единственного подчиненного, Гриши, и одного полуиздохшего робота-секретаря. Зато у них был большой склад прямо напротив. Он не обогревался, а проводка, сохранившаяся еще с 20-х годов, часто предупреждающе потрескивала, но если ревностно следить за безопасностью содержимого, можно было пережить эти недостатки, тем более что этот склад достался им во владение крайне дешево.
 

Изменить такое положение дел к лучшему пока не было возможности. Бизнес не приносил Антону большого дохода, а неудачная геолокация еще больше портила дело. Замкнутый круг.

Весь день он проторчал в офисе, и ни одного посетителя. Гришу он отпустил еще в обед, а сам просидел тут до пяти вечера. Честно просидел! Но до конца рабочего дня так и не дотерпел, закрылся раньше. А что? Он сам себе хозяин!
 

- Вывеску, может, сменить? – пробормотал Антон, закрывая дверь конторы. Он тряхнул головой в подтверждение задуманному, отчего его волнистые темные волосы полезли на глаза, и он привычным жестом стал убирать их за уши.
 

«Облачные парикмахеры» - мелькало на экране над дверью, и на фоне названия лились водопадом розовые облака, сгущались и превращались то в огненного льва, то в нефритового дракона, то в милые личики девиц.
 

Пока «стрела» несла его в родной квартал, он внимательно смотрел по сторонам на рекламу в вагоне и на остановках, может, чья-нибудь вывеска вдохновит его. Как только образы будущего видеоряда начали складываться воедино, его мысли рассеял сигнал фон-бука: новое сообщение от Ивана Коромыслова.
 

Антон дважды стукнул пальцем по наушнику, и в нем раздался бас старшего брата:
 

«Завтра, наконец, стартуем с нашей орбитальной станции. Кисли здесь 12 суток. До дома-то рукой подать! Когда так близко, терпения совсем не хватает. В общем, братец, буду через две недели. Может, чуть больше. Еще ведь в штабе отчитываться и до города добираться. С мамой созванивался, она зареклась «Наполеон» испечь. Как масла в огонь! Короче, ждите, скоро буду! Пока-пока».
 

Наушник замолчал.
 

«Ой-ой, что-то будет, чую…» - подумал Антон, и глубоко вздохнул.
 

Он подозревал, что дома мать пойдет на него психологической атакой. Опять станет его сравнивать с братьями. Нужно было собраться, обложиться броней.
 

Антон прогулялся по центру вокруг дома. Здесь они и жили с матерью, в самой гуще городских событий. Жилье в этом районе дорогое, но он здесь жил задарма – за квартиру платили Иван и Данила. Астронавты хорошо зарабатывали, не то, что облачные парикмахеры.
 

На счастье Антона в булочную у парадной только что завезли свежие лакомства, в том числе и любимые профитроли матери. Есть вероятность, что это сгладит события вечера.
 

- Мам, я дома!
 

На голос Антона из кухни тотчас выскочила красивая черноволосая женщина в шелковом халате с просторными рукавами. Не иначе, слышала, как дверь открывалась, и успела продумать свой выход.
 

- Звонил тебе Ваня? – сразу начала Анна Павловна.
 

- Сообщение прислал, - Антон снял промокшие ботинки и протянул матери сверток. – Привет. На вот. Свежие.
 

- Что тут? – мать развернула хрустящую бумагу. – Подлиза…
 

Она устремилась на кухню, поставить чайник. Антон облегченно вздохнул - пока миновало. Но из кухни раздался голос:
 

- А знаешь хоть, почему он раньше срока возвращается?
 

- Да знаю, знаю, - на кухне вкусно пахло чем-то остреньким, и Антон не смог заставить себя сбежать в свою комнату. Он сел за обеденный стол и стал наблюдать, как мать орудует со сковородкой, тарелками и чашками.
 

- Он тебе сказал? – спросила она вполоборота.
 

- Прочитал в хронике. Он сам не хвастается.
 

- Отцу дали звание полковника, когда ему было 32, - в голосе матери послышались нотки печали. - Мог бы и до генералов дослужиться, если бы не погиб там, на поясе астероидов, - она помолчала секунду и снова бодро заговорила: - А Ванюшка, смотри-ка, обскакал его! Ему ведь только 26!
 

- Раньше космонавты еще быстрее по званиям продвигались. Это сейчас в космос тысячами летают, а тогда… - Антон без всякой задней мысли хотел сказать «каждый на вес золота был», но вовремя понял, что это жестокие слова.
 

Но Анна Павловна его даже не услышала, она поставила перед сыном тарелку с пловом и продолжила о своем:
 

- Данила тоже скоро дослужится. Он ведь и дальше всех в семье забрался. За «Пределы», - мать как-то даже сочувствующе глянула на сына. – Неужели не грустишь по нему? Вы ведь близнецы. В детстве не разлей вода были, в разные комнаты вас посели – уже страдаете. А теперь между вами миллионы километров. Он вернется, вы, наверное, и выглядеть по-разному будете. Словно и не близнецы. Там ведь такие ускорения! Неужели не грустишь по брату?
 

- Что ты за меня додумываешь, мама? Почему решила, что не грущу? Грущу, - сознался Антон. – Но говорить об этом не хочу.
 

Мать и это пропустила мимо ушей.
 

- Что же ты с ним тогда до полетов не дошел? Ведь вместе должны были! Всё вместе, всегда! А тут… - у Анны Павловны в глазах заблестела влага.
 

- Я доел! – рубанул Антон и сорвался с места. Но в дверях кухни обернулся и добавил: - Вся семья космонавты: дедушка, отец, братья. Хоть кто-то же должен искусством заниматься! Вот я художник, между прочим!
 

Мать только махнула рукой и стала быстро убирать посуду в раковину. На столе остались только профитроли.

 

 

На следующий день в офисе Антона ждало что-то невероятное. Был клиент!
 

Экстравагантно одетый мужчина лет 30 с большим энтузиазмом выкладывался перед Григорием, когда Антон вошел в офис. Григорий представил их друг другу:
 

- Вот, Антон, это Дмитрий Романович из «Платинума». Знаешь, такой парк аттракционов в 8-м районе?
 

- Это же самый большой парк у нас в городе. Конечно, знаю! – Антон протянул руку клиенту, - Очень приятно.
 

- И мне, и мне, - добродушно ответил мужчина. – Очень приятно. Давно знаю о вас, слежу за вашей работой с большим интересом. Такого нигде больше нет! Облака ваять, это как же можно было такое выдумать!? А провернуть!?
 

Все расселись, и Дмитрий Романович продолжил:
 

-  Я давно начальство убеждаю, что надо попробовать вас пристроить к нашему делу. А тут, наконец, свершилось! Им просто пришлось со мной согласиться, ведь все новое уже перепробовали, а впереди такое событие: праздник Нового Года! И ни какого-нибудь, а 2500-го. Не каждому повезет такое застать. Весь развлекательный бизнес на ушах, всем надо выпендриться по такому случаю. А мы всё, всё уже пробовали! Начальство в тупике. А я-то знаю, где золотая жила. Тут! Тут, друзья! Мы с вами такое шоу провернем, что и о нас и о вас во всем мире заговорят. Так что даже не думайте отказаться. Знаю, проект очень масштабный, но вы не бойтесь, мы вложимся «по полной». Все вам нужное предоставим.
 

У Антона глаза загорелись даже посильнее, чем у дорогого клиента.
 

- И идея у вас уже есть? – спросил он.
 

- А то! – с готовностью подтвердил Дмитрий Романович. - Знаете, в двадцать втором веке предсказатель жил, Крамс. Красильников Иван вообще-то, но в народе его звали Крамс. Ник у него такой был в Сети. Очень популярен был.
 

- Кажется, слышал, - ответил Антон.
 

- Так вот он предсказывал, что 2500-й будет особенным годом. Что такие рубежи времени вообще всегда особенные. А в этот произойдет просто шрибаданский-врумеранский бум! Парень говорил, что в этот год, - Дмитрий Романович заговорщически наклонил голову, - тут что-то просто сказочное: пробудятся Северные Боги!
 

Он посмотрел поочередно на обоих собеседников. Антон улыбался. Григорий, как всегда, изображал внимательность. Клиент, кажется, ждал чуточку большего, он немного отдал назад, чтобы зайти по-новому:
 

- Там было что-то еще, на самом деле. В этом предсказании. Да и в контексте его трактовать можно как угодно. Но лично мне достаточно вот этих слов: «пробудятся Северные Боги». Сейчас все только об этом и говорят. На писанину Крамса напала вторая волна популярности. Грех не воспользоваться! Такой подарок воображению!
 

- Я уже, кажется, начинаю что-то представлять, - пошел навстречу Антон. Он показывал меньше восторженности, чем было на самом деле. Пусть он не до конца еще понял тематику, но крупный заказ спасал его от окончательного разочарования в своём ремесле. Если клиент не передумает и не сорвется, то навсегда станет особенным для «Облачных парикмахеров» и для Антона лично.
 

 - Давайте же к делу, - Антон торопился крепко схватиться за этот проект.
 

- Я знал, что вы меня поймете, - с улыбкой протянул Дмитрий Романович. – В общем, я покопался в мифологиях Старого Света. Были такие германо-скандинавские боги, знаете… Один, Тор, Хёд… Слышали о таких?
 

- Один – знакомое…
 

Антон и Дмитрий Романович склонились по обе стороны стола, общая заинтересованность притягивала их друг к другу. Григорий только глядел на них, пропуская половину мимо ушей. Ему уже не обязательно было «изображать внимательность», все равно никто и глазом в его сторону не вел.
 

- О-о-о, это самое интересное, - продолжал Дмитрий Романович, - одноглазый бог войны, со смертоносным копьем Гунгнир – такое даже не выговоришь сразу – в одной руке и щитом – в другой.
 

Мужчины взялись за бумаги и долго еще обсуждали проект будущего облачного шоу. Антон что-то зарисовывал под звук непрерывного вещания Дмитрия Романовича. А Григорий выуживал из потока информация нужное для брифа и сметы и тихонечко заполнял «настоящие» бумаги.

 


Премьера шоу была запланирована на 4-е декабря. У «Облачных парикмахеров» и работников Платинума было 3 недели, чтобы все подготовить.
 

На офис напал особый бардак. На столах мужчин скопилось по десятку чайных кружек, ворохи распечаток и эскизов «от руки». Упси – поскрипывающий робот-секретарь – была выключена. Раньше «парикмахеры» прощали ей, если она сталкивала со стола папки с бумагами, просто проходя мимо, или, наклоняясь, чтобы что-то поднять, роняла больше, чем поднимала. Но теперь это ужасно раздражало и отвлекало от дела, потому ее отправили на каникулы, и следить за порядком в офисе пока было некому.
 

На склад каждый день что-то доставляли. Здесь прибавилось на целых четыре образователя водяного пара, у задней стены выстроилась гора дополнительных контейнеров для сухого льда, появилось два совершенно новеньких распылителя скрапсидовой краски, а сколько самой краски! Все это постепенно переправлялось в Платинум и распределялось по трехкилометровой арене, где уже успели установить несколько мощных воздуховодов, прожекторы, проекторы, стартовую площадку для взлета двух электрических планеров и одного робо-самолета, а еще, конечно, экран безопасности между местами для зрителей и небом.
 

Антон был в таком предвкушении, с таким ажиотажем взялся за дело, что его настроение передавалось всем, даже Григорию (тот, бывало, просиживал в офисе дольше начальника, прописывал в программах 4D-модели облачных фигур), да что там, и Анна Павловна забыла о «вечной теме» и за каждым завтраком интересовалась у Антона состоянием дел. Они засиживались на кухне, и Антон вслух проговаривал план на день, а потом вдруг вскакивал, заметив, что опять заболтался и опаздывает на работу.
 

1-го декабря выпал первый снег, и немного приморозило. «Не беда, - подумал Антон, - на арене уже стоят нагревательные кольца последней модели. Не помешает. Можно даже использовать». И он сел за рабочее место, чтобы добавить несколько новых штрихов в уже готовый проект.

В этот момент дверь офиса распахнулась, и в комнату проник холодный воздух. Антон привстал, чтобы увидеть посетителя. В дверях стоял широкоплечий гладковыбритый и коротко постриженный мужчина в военной форме СССР.
 

- Ваня! – удивленно вскликнул Антон.
 

- А ты будто не ждал? – голос брата заполнил небольшую конторку.
 

Антон почувствовал одновременно радость и стыд. Он совсем забыл про возвращение брата. Два года не видел его, а забыл!
 

- Ты давно приехал? – засуетился Антон.
 

- Еще до обеда.
 

Братья приветственно похлопали друг друга по спинам. Иван крепко взял брата за плечи и всмотрелся в его лицо.
 

- Смотрю на тебя, а вижу обоих, - Иван грустно улыбнулся. – На миг показалось, что только ты и есть один. Был ли Данила, или привиделся мне когда-то? Шесть лет – это очень долго. Хоть каждый день связывайся, а ничто не заменит живого общения и вот таких вот объятий.
 

Антон опустил глаза. Он не знал, что сказать.
 

- У тебя тут есть еще что? Работа? – Иван, наконец, отпустил брата из рук. - Мама рассказала, что ты взялся за что-то очень крутое. Но, может, кинешь все, и пойдем домой? Расскажешь по пути.

 


Дома они втроем с матерью просидели на кухне до двух часов ночи. Анна Павловна два раза всплакнула, периодически погружалась в никому не ведомые мысли, но больше носилась вокруг сыновей, а за ней носился шлейф счастья матери, чью заботу с благодарностью принимают дети.

От «Наполеона», в конце концов, ничего не осталось. Семейный вечер был объявлен закрытым. Ивану постелили диван в просторной комнате Антона. Оба еще какое-то время не могли уснуть: на Антона напали все волнения последних дней разом, а Иван, кажется, никак не мог собраться и решиться на какой-то разговор.
 

- Данила недавно рассказал мне о жребии, - наконец послышался шепот в темноте. – Ну… Кто в космос, а кто с матерью останется. Слышишь? Или спишь уже?
 

Антон заворочался под пышным одеялом.
 

- Зашевелился? Значит, не спишь, - Иван подождал, подаст ли голос Антон, но непростой разговор ему пришлось готовить в одиночку. – Я просто хочу услышать, что ты не жалеешь. Точнее не так. Я бы хотел услышать, что у тебя на душе. А вот для Данилы, думаю, в первую очередь было бы благословением свыше, знать, что ты не жалеешь. Ну, скажи что-нибудь? Досадно тебе? На нас с Данилой досадно?
 

Антон стянул с себя одеяло и раздраженно выдохнул, как человек, которого насильно заставили принять тяжелую ответственность там, где он не был обязан ее принимать.
 

- На вас – нет, конечно, - ответил Антон приглушенным голосом. - Да и вообще – нет.
 

И он снова отвернулся к стене.
 

- И все? – в голос спросил Иван. – Так не пойдет. Я тебе спать не дам…
 

- Ну, немного фрустрировал вначале, - выпалил Антон, - но это прошло…
 

- Немного фрустрировал… Что это вообще значит?
 

- Фрустрировал, да. Не знал, куда деть себя. Из ВВС-то я уволился, а дальше что? Пытался пилотом куда-нибудь устроиться, но везде только по связям можно, да через Союзы, а я ни там, ни там не был подкован. Это же целое искусство – с Союзами дело иметь. Болтался, как пустой пакет на дороге.
 

Антон все-таки завелся, хотя никогда не страдал желанием выговориться, или думал, что не страдал. Иван молчал и слушал:
 

- …год на даче прожил. Бездельничал. Оправдывался, что с мыслями надо собраться. Так, в конце концов, и правда собрался. Я там старый папин планер починил, знаешь...
 

- Это СПП-400 что ли? – спросил Ваня.
 

- Ага. Летает, как птица. Сам летал на удовольствие. И иногда детишек местных развлекал. Кого мог в кабину пускал, а для тех, кто внизу оставался, шоу устраивал, подрезал облака, пока они более или менее не начинали походить на какую-нибудь фигуру. А когда приземлялся, спрашивал ребят, что они в небе увидели. Они никогда не угадывали, - братья тихонько посмеялись. – Зато там мне в голову пришла эта бредовая мысль с бизнесом. Я сначала не был уверен, что это вообще возможно, долго мучился, с техникой возился, и ведь получилось в итоге. Получилось, и я тут же сразу решил, что я такой новатор, всех удивлю, и ко мне клиенты сами потекут, и деньги рекой. Но вздор. Вот только сейчас что-то путное выгорело, - Антон перевел дух и продолжил: - Мне нравится, Ваня. Хрень собачья, а мне нравится. И никто ведь так больше не делает, только я.
 

- Точно, только ты, - подтвердил Ваня. – Я, если честно, до сих пор не понимаю, что и как конкретно ты делаешь. Может, в этом и проблема? Мало кто понимает, что ты им предлагаешь.
 

- Послезавтра в Платинуме соберутся тысячи и своими глазами увидят, что я могу предложить, и ты увидишь, и мама… Так вот я и говорю, Ваня: нет никакой досады. За маму можно не волноваться, всем спокойнее – раз. Нашел дело по душе – два. Что жалеть-то? - Антон был честен, и потому в его голосе была уверенность, отражающая все сомнения. - Только вот мать меня пилит иногда, что я «не по стопам» пошел.
 

- Так оттого и пилит. Она ведь мать. Все понимает. Наверняка, знает или догадывается, почему ты из ВВС уволился. А что ты думаешь, она при этом чувствует? – спросил Иван и сам ответил: - Вину. Думает, ты от любимого дела отказался, а все из-за нее несчастной. Вот от противного и пилит... Жену найдешь, перестанет пилить.
 

Антон хмыкнул.
 

- Говорю тебе, - продолжал брат. – Внуки пойдут, у нее все эти глупости выветрятся из головы. Отстанет, успокоится. И тебе хорошо будет с семьей. Смотри, у тебя и дела в гору идут. Тьфу-тьфу-тьфу. Самое время, - Иван задумался на секунду. – Я и сам подумываю… Тем более наша семья больше станет, она одна точно не останется. Может, еще придет время. Слетаешь в космос. Мы с Данилой подсуетимся.
 

- Ладно, Ваня, я тебя понял. Может, и слетаю. А может, ты сейчас полетаешь с дивана, если не дашь мне поспать.
 

Антон кинул в брата думкой, которая тут же вернулась обратно, и они засмеялись. Перед тем, как они заснули, Антон признался-таки брату, что зверски скучает по Даниле, и это его единственное сожаление, что они оказались так далеко друг от друга.

 

 

Через день наступило 3-е декабря. Над ареной Платинума на безжизненном зимнем пространстве неба вспыхнуло пламя. Тысячи зрителей ахнули в один голос, но до Антона не доносились эти восторженные звуки. Он сидел за пультом управления планера, вокруг него грохотали механизмы, он «стриг» облака. В свою очередь никто внизу не видел процесса его работы. Только изредка между облаков прорезался никем не замеченный блик от бортов планера.
 

Разверзлись хляби небесные! Пламя потухло, и на небе показалась огромная нога великана Бальторна, с грохотом опустившаяся на зрителей (но, конечно, никому не повредившая). Так началось возрождение Северных Богов.
 

На небе, на сколько хватало взгляда, разворачивалось воплощение древних легенд. Бушевали войны. Серебряные копья молниями пронзали грозовые тучи, раскаленный молот разгонял кучевые облака. Вокруг арены парили валькирии, летали золотые колесницы. По небу пробегали удивительные существа: восьминогий конь, четырехглазый пес, змееподобный дракон и гигантский ужасный волк. Не раз открывались высокие двери Асгарда – такие высокие, что верхушка их терялась за горизонтом обзора – и показывалась радуга, осыпавшаяся на сидящих внизу новогодними подарками: леденцами и фигурками богов.
 

Публика ликовала. Дмитрий Романович разрывался: он хотел и вглядеться в каждую деталь картины, которая превзошла все его ожидания, и каждое мгновение наблюдать реакцию зрителей. «Это фурор!» – не раз возглашал он. «Полный и абсолютный фурор!»
 

Завершающим действо образом стал Один, восседающий на троне среди пушистых белых облаков и подмигивающий смертным своим единственным целым глазом.
 

Антон с Григорием закончили свою работу. Они разогнали фигуры в небе и на прощание пустили по нему перистые розовые облака. Закат мечты!
 

После приземления Антон сквозь толпу рванул к лучшим местам на арене. Там, держась за руки, сидели брат с матерью.
 

- Ну, как? – спросил он запыхавшимся голосом.
 

- Нет слов, - восторженно ответил Иван. - Просто нет слов, Антон. Ты, кажется, действительно нашел свое дело. Нигде ничего подобного не видел!
 

- Как будто в сказке побывали, - добавила мать. – Даже не верится, что это было на самом деле, а не приснилось!
 

Антон, довольный и уставший, подсел к ним. Мать склонила голову ему на плечо.
 

- Это тоже потрясающе, - показала она на небо. – Как у нас на даче в Краснодаре. Помните? Отец нас водил прогуляться каждый вечер, когда были такие закаты. Как хорошо было.
 

- Постоянно вспоминаю там, в космосе, - ответил Иван, вздохнул и добавил: - Что ни говори, а такого неба как у нас, наверное, во всей Вселенной не сыскать!

 

 



#2 Евгений Лонин

Евгений Лонин
  • Пользователи
  • 1924 сообщений

Отправлено 09 January 2016 - 21:45

Понравилось
Чукча не писатель, чукча читатель

#3 Kpt.Flint

Kpt.Flint
  • Пользователи
  • 768 сообщений

Отправлено 19 January 2016 - 12:36

Если возможно, исправьте астронавтов на космонавтов. Астронавт — это американское выражение.

А 2500-й год на какой-нибудь 2069-й.

 

P.S. Новую версию рассказа можно будет загрузить как отдельное сообщение в эту тему.



#4 Valentinus

Valentinus
  • Пользователи
  • 1397 сообщений

Отправлено 19 January 2016 - 13:20

практически прекрасно


вот такой я пейсатель


#5 Guest_настя 23_*

Guest_настя 23_*
  • Гости

Отправлено 19 January 2016 - 16:54

норм....



#6 Цыбиков Чингиз

Цыбиков Чингиз
  • Пользователи
  • 85 сообщений

Отправлено 20 January 2016 - 07:37

Что хорошо - сюжет, развитие, и в общем-то интересно читать.

Все мои дальнейшие претензии диктуются ощущением, что автор может здорово прибавить, и что данный конкретный рассказ можно существенно улучшить

 

1. Название. С одной стороны - я понимаю "Человек, который был четвергом" и все такое, с другой стороны  все же история идет в настоящем времени, а в названии "был". Но есть и еще одно соображение - название, несмотря на свобю некоторую вторичность, цепляет. Так что воля ваша, автор.

 

2. Я бы беспощадно прошелся по всему рассказу, уничтожая неточные слова и обороты.

Примеры:

"Изменить такое положение дел к лучшему пока не было возможности. Бизнес не приносил Антону большого дохода, а неудачная геолокация еще больше портила дело. Замкнутый круг." - это не замкнуый круг. Бизнес не приносит дохода, потому что неудачное расположение, а расположение не получается сменить потому что нет денег. Как-то так.

 

"С мамой созванивался, она зареклась «Наполеон» испечь. Как масла в огонь! Короче, ждите, скоро буду! Пока-пока" - зарекся - это означает, что больше не будет так делать. Как масла в огонь! - здесь вообще не к месту. То есть я подумав понял мысль "И так ждать мочи нету, а тут мама своим Наполеоном подливает масла в огонь", но ...

 

"Антон прогулялся по центру вокруг дома." - как то по дурацки выстроено предложение. Либо вокруг дома, либо по центру, и не важно что дом в центре.

 

"Экстравагантно одетый мужчина лет 30 с большим энтузиазмом выкладывался перед Григорием, когда Антон вошел в офис." - выкладывался. Нет я опять понимаю, что хотел сказать автор, но все таки слово "выложился" (на 120%. например) обычно несет несколько иной смысл, нежели "вываливать всю информацию по данному вопросу"

 

и т.д. и т.п.

 

И я особо эти недочеты не ищу, они сами глаз режут.

 

PS. И я бы в описании всего этого финального великолепия все-таки осетра урезал бы чуть чуть. Все таки облака с такими скоростями гонять по небу невозможно.)



#7 Guest_Л. Мороз_*

Guest_Л. Мороз_*
  • Гости

Отправлено 21 January 2016 - 14:14

Спасибо, друзья) Все замечания справедливы и ценны. Постараюсь все учесть в правке.

 



#8 knyasa_o

knyasa_o
  • Пользователи
  • 14 сообщений

Отправлено 21 January 2016 - 15:39

мне очень понравилось, такая бытовая история





Ответить



  

Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных